Post Type

Оценить статью

image001 300x213 Богатство и простота в ампиреБогатство и простота в ампире соединялись с какой-то особой многозначительностью, которая достигалась не только благодаря обилию аллегорий и всевозможных эмблем. Ощущение монотонности, массивности и арабеска давало сильный эффект: однообразие свидетельствовало об унифицированности стиля и его предрасположенности к бесконечному помножению форм, массивность намекала на пленный дух, таящийся в тяжести форм, а модный арабеск был знаком дематериализации. Сведенные воедино, они удивительно контрастно дополняли друг друга, ибо монотонность предполагала серийность, массивность — статику, а арабеск их соединял.

Ампир возник быстро, и ему надо было так же быстро самоосуществиться. Персье и Фонтен в своей первой книге, появившейся в 1801 г., рекомендовали вместо мрамора употреблять гипс, вместо живописи на стенах — бумагу, вместо резьбы — тисненый картон, драгоценные камни заменять цветным стеклом, металлическое литье — листовым железом, порфир — лаком и т. п. Искусственный мрамор, гризайль вместо скульптурного рельефа, накладной орнамент, живописная имитация мрамора, хорошо знакомые и раньше, получали все большее распространение. Они стали существенной приметой стиля, склонного к удешевлению художественных и технических средств и быстрому исполнению многочисленных заказов.

Дорогим изделиям братьев Жакоб и Томира подражали, и довольно успешно. Вместо рисованных от руки или по трафарету бумажных обоев использовались напечатанные на станке. Был распространен орнаментальный стиль в блеклых зеленоватых и кремоватых тонах: золотистый или серебряный пунктирный узор печатался поверх фона.

Лишь к концу империи появилась мода на сюжетные обои — на бумаге печатали фризы с аллегорическими изображениями. В таких интерьерах картины в золотых рамах казались элементом довольно чуждым (характерно, что цены на старую живопись низко упали).

В небольших помещениях отдавали предпочтение собраниям гравюр. Эстампы, которые в предшествующее столетие обычно хранили в папках (а те, в свою очередь, — в шкафах), теперь вывешивали в рамках на стены.

Издатель увража «Живопись греческих ваз, обычно называемых этрусскими» А. Дюбуа в предисловии прямо указывал, что отдельные листы можно вырезать, чтобы украшать ими жилище. Начавшееся переустройство дворцов вызывало все новые и новые заказы.

Особенно много их поступало в Лионские мануфактуры, изготавливавшие ткани (к тому же император запретил ввоз в государство иностранных изделий). Мотивы для узоров на тканях чаще всего брали из увражей архитекторов, тех же Персье и Фонтена.

Этим, собственно, ткани были обязаны графичности их рисунка, строго размещенного на однотонном фоне. Понятно, что доминировали мотивы военных трофеев, оружия, лавровых венков, гирлянд и пальметт. Помимо атласных тканей пользовался спросом для обивки стен шелк с крупными узорами, в которые часто вплетали серебряные и золоченые нити.

В особых случаях использовалась синяя парча с узором из меандра и звезд. В выборе мотивов для декорирования тканей сказалось и влияние «египтомании» — появились лотосы, сфинксы, грифоны, арабские иероглифы.

В моде были оттенки бордового, пурпурного, светло-голубого и травянисто-зеленого цветов. Среди сохранившихся до наших дней интерьеров (их немного) лучшим примером является отель Богарне в Париже, который принадлежал с 1803 г. пасынку Наполеона Евгению Богарне и его сестре Ортанс.

Задуманный как увеселительная резиденция, самая модная в Париже, отель обошелся в громадную сумму. В Салоне времен года наиболее полно Е. Богарне и другие. Отель Богарне в Париже.

Столовая раскрываются все особенности стиля ампир: в нем использованы большие надкаминные зеркала и зеркала в простенках торцовых стен зала, живописные панно в стиле Прюдона, обильная орнаментация стен и потолка, мебельные гарнитуры. Стены Музыкального салона декорированы аллегорическими фигурами, помпеянскими и восточными мотивами. Спальня Ортанс обита шелком, на потолке — роспись в стиле Помпей, на стенах — зеркала.

Ванная комната тоже полна зеркалами. Роскошь и комфорт, соединенные вместе, стали основой богатых апартаментов всего XIX столетия.